Позвонила золовка: «Забирайте мать после инсульта себе, двух инвалидов я не вывезу»

 
– Всю жизнь свекровь с дочерью и ради дочери прожила, две квартиры свои на нее оформила! – рассказывает тридцатипятилетняя Маргарита. – Так Сережке и сказала – сын, мол, не обижайся, но Марине нужнее… Да мы не в обиде, на самом деле, и не претендовали ни на что. У Марины ребенок с ДЦП, муж ее, как водится, ушел в туман, когда понятно стало, что с сыном все более чем серьезно. Мать тогда к ней переехала, с тех пор они и живут вместе…
 
После свадьбы золовка с мужем жили в двухкомнатной квартире, которую свекровь в свое время получила по наследству. Когда Марина осталась с ребенком одна, Валентина Ивановна собрала кое-какие вещи и переехала к ним, сдав в аренду свою двушку на ВДНХ. Марина часто говорит, что без матери она бы просто не выжила.
– Свекровь ей помогала, конечно, капитально, что и говорить! – вздыхает Маргарита. – Весь быт взяла на себя, и мыла, и готовила у них всю жизнь, еще и за внуком присматривать успевала. Дала возможность дочери работать, хоть полдня, но все-таки. Для Марины это просто глоток воздуха, в ее ситуации…
Материально Марина с матерью живут неплохо, доход на «твое-мое» не делят, все складывают в общий котел. Пенсия Валентины Ивановны, пенсия ребенка-инвалида, алименты, зарплата Марины, арендная плата за сданную квартиру – сумма набегает приличная. Но они не шикуют – золовка активно занимается реабилитацией сына. Большинство процедур и курсов при этом платные и очень недешевые.
– Свекровь под это дело дачу свою продала, хотя была заядлая дачница! – объясняет Маргарита. – Но тут внука надо было лечить. Возили они мальчика и на море, и к дельфинам, и к лошадкам, и на какие-то курсы в санатории. Что-то все время находят, читают, узнают. Много, конечно, сделали! Мальчику сейчас тринадцатый год, видно, конечно, что он особенный. Но он ходит сам, хоть и плоховато, но все же! И говорит, и хоть как-то себя обслуживает!
 
 
Маргарита с Сергеем поженились в самый разгар разводов и переездов свекрови к золовке, и как-то так получилось, что на крыло они становились и выживали сами по себе – с небольшой помощью Ритиных родителей. Просить что-то у Валентины Ивановны на фоне всех проблем той с дочерью у Сергея просто язык не поворачивался. Он, как-никак, молодой здоровый мужик, с образованием, головой и руками. Справится сам. Мать решила оформить всю недвижимость на дочь – Сергей и слова против не сказал. Да, конечно, Марине нужнее. Сама себе она квартиру никогда не заработает.
И вторая квартира ей тоже нужна, в которой квартиранты. Им с матерью надо как-то жить, и больного ребенка тащить. Им вообще не позавидуешь, что там говорить.
Сергей и жене строго-настрого запретил что-то высказывать на эту его семейной недвижимости. Мать решила передать все сестре, она права, и точка.
У Маргариты с Сергеем сейчас ипотечная двушка в Новой Москве и полуторагодовалая дочка, которую бабушка, к слову, видела от силы раз пять, включая выписку из роддома. Ездить по гостям Валентине Ивановне некогда, на ней больной внук, которого одного не оставишь. Да в ее визитах и нет особой нужды. Дочка у Маргариты с Сергеем очень спокойная, золотой ребенок. Маргарита и с новорожденной с ней справлялась легко, и сейчас не устала от декрета.
Не было никаких бессонных ночей, сложных проблем и кризисов.
Бабушку они приглашали по большим праздникам, а чаще просто сами ездили к Валентине Ивановне и Марине с поздравлениями и подарками.
И все было хорошо до последнего времени, пока пару недель назад у Валентины Ивановны не случился инсульт.
 
– Марина говорит, ей уже за неделю до этого плохо было! – рассказывает Маргарита. – Я спрашиваю – как это, плохо? Да ноги, говорит, отнимались! Но скорую вызвать мать не разрешала. Отлежится, таблетки какие-то выпьет и снова скачет по дому… Я Марине говорю, так зачем ты слушала, надо было звонить в скорую и все! Ну, она только руками разводит теперь, понятно…
В какой-то момент Валентине Ивановне стало совсем плохо, еще и речь пропала, и дочь, наконец вызвала скорую. Женщину увезли в больницу, сделали томограмму, поставили диагноз.
– Лежит, левая половина парализована! – рассказывает Маргарита. – Мы, конечно, все на ушах. Врач сказал – еще минимум неделю в больнице, потом домой, тогда-то и начнется вся основная реабилитация. Восстановится до конца или нет, сказать сложно, у всех индивидуально. Но работа предстоит большая и непростая, конечно…
А на днях Сергею позвонила Марина.
– Я, говорит, подумала и поняла – двух инвалидов в доме я не вывезу! – рассказывает Маргарита. – Забирайте, мол, маму к себе. У вас двухкомнатная квартира, места немного есть, жена дома, в декрете, присмотрит… И Серега, такой, мне и заявляет – видимо, и правда придется брать мать на какое-то время к нам, Маринке тяжело будет. Нет, ну каково? Как мать здоровая была, Маринке все мыла и готовила, квартиры отписала – было все нормально, значит. А как заболела – забирайте ее себе? Я говорю, хорошо, пусть квартиру одну отписывает на тебя, заберем. Так Сергей еще и на меня попер – мол, как тебе не стыдно, такое говорить вообще…
Брать к себе беспомощную свекровь Маргарита, разумеется, не хочет. Сергей целые дни на работе, значит, ухаживать придется ей, а у нее еще маленький ребенок. Да дело даже не в этом. Просто несправедливо как-то: все плюшки годами – дочери, а проблемы, получается, невестке?
А вам как ситуация? Как тут быть? Что думаете?